Умные контракты в строительстве

Умные контракты в строительстве по российскому праву не являются особым видом договора: это обычный договор подряда, поставки или субподряда, часть обязательств по которому исполняется автоматически программой при наступлении заданных условий. Такую возможность прямо допускает статья 309 Гражданского кодекса, дополненная в 2019 году: условиями сделки можно предусмотреть исполнение обязательства без отдельного волеизъявления сторон с помощью информационных технологий. Значит, автоматический платёж подрядчику после подтверждения этапа или автоматическое начисление неустойки за просрочку законны, если стороны их согласовали. Но все общие правила о подряде продолжают действовать: заказчик вправе заявить о недостатках, подрядчик вправе оспорить удержание, суд вправе снизить неустойку. Код не отменяет закона.

Для строительной компании главный практический вопрос состоит в том, как совместить программный механизм с текстом договора и что делать, если программа исполнила обязательство неправильно. Споры по таким договорам рассматривает арбитражный суд по общим правилам, а техническую сторону исследует экспертиза. Стоимость адвокатской работы зависит от того, нужно ли выстроить договорную модель под автоматическое исполнение или разобрать уже возникший спор о списании или зачёте.

Правовой статус смарт-контракта в российском праве

Отдельного закона о смарт-контрактах в России нет. Термин встречается в законе о цифровых финансовых активах и в ряде подзаконных актов, но общего определения для гражданского оборота не дано. Поэтому смарт-контракт анализируют через нормы Гражданского кодекса о форме сделки, об исполнении обязательств и о конкретных видах договоров.

Форма сделки регулируется статьёй 160 ГК. Письменная форма считается соблюдённой и при совершении сделки с помощью электронных или иных технических средств, если можно достоверно определить лицо, выразившее волю. Для договора строительного подряда между компаниями это означает, что его можно заключить и оформить электронно, подписав усиленными электронными подписями уполномоченных лиц.

Исполнение обязательства описывает статья 309 ГК. Её вторая часть разрешает автоматическое исполнение при наступлении определённых обстоятельств. Ключевое слово здесь «предусмотрено условиями сделки». Стороны должны договориться заранее, какие события запускают исполнение, как они фиксируются и какое действие совершается. Если программа делает то, о чём стороны не договаривались, это не исполнение договора, а ошибка или злоупотребление.

Программный код сам по себе не является договором. Он служит инструментом исполнения. Договором остаётся согласованная воля сторон, выраженная в документе. Поэтому суд при споре будет толковать договор, а не только анализировать код. Статья 431 ГК требует принимать во внимание буквальное значение слов и выражений, а при неясности выяснять действительную общую волю сторон с учётом цели договора, переговоров и переписки.

Как соотносятся текст договора подряда и программный код

Самая частая ошибка при внедрении автоматического исполнения заключается в противоречии между текстом договора и логикой программы. Договор говорит, что оплата производится после подписания акта, а программа переводит деньги после отметки строительного контроля в системе. Договор устанавливает неустойку с ограничением в процентах от цены, а программа начисляет её без ограничения. Какой вариант применять, спорят потом стороны.

Чтобы избежать этого, договор должен содержать оговорку о приоритете. Обычно приоритет отдают тексту договора, а код рассматривают как способ его исполнения. Тогда при расхождении правильным считается результат, предусмотренный договором, а разница возвращается или доплачивается. Обратный вариант, когда приоритет у кода, возможен, но требует, чтобы обе стороны понимали логику программы и подтвердили это письменно.

Полезно включить в договор описание алгоритма на человеческом языке. Какие данные принимает программа, из какого источника, кто их вносит, какое действие совершается и в какой срок. Такое приложение облегчает толкование и позволяет эксперту в споре проверить, соответствует ли код описанию.

Отдельно описывается порядок изменения алгоритма. В строительстве изменения неизбежны: меняется график, состав работ, цена. Каждое дополнительное соглашение должно сопровождаться изменением программы, иначе автоматика продолжит исполнять старые условия. Удобно закрепить, что изменение кода производится только на основании подписанного дополнительного соглашения и фиксируется в журнале.

Генподрядчику, который применяет автоматическое исполнение с заказчиком, нужно согласовать логику и с субподрядчиками. Если заказчик автоматически удерживает неустойку из платежа генподрядчику, а договор субподряда такой механики не знает, генподрядчик несёт удержание сам и потом взыскивает его с субподрядчика обычным порядком. Связанные договоры с одинаковыми событиями и сроками снимают этот разрыв, хотя полностью зеркальной схемы на практике добиться трудно.

Где автоматическое исполнение уже применяется на стройке

Полностью автоматизированный договор подряда пока редкость. Но отдельные элементы автоматического исполнения уже используются, причём часто через традиционные банковские инструменты.

Аккредитив по статье 867 ГК работает по логике смарт-контракта: банк выплачивает деньги получателю при представлении документов, указанных в условиях аккредитива. Для подрядчика это означает гарантию оплаты при выполнении условий, для заказчика контроль за тем, что деньги уйдут только после подтверждения результата. Цифровые аккредитивы с электронным представлением документов приближают эту схему к автоматической.

Банковское и казначейское сопровождение государственных контрактов также ограничивает расходование средств условиями. Деньги поступают на отдельный счёт, и банк или казначейство проверяют, соответствуют ли платежи подрядчика целям контракта. Для подрядчика по госконтракту это фактически автоматический контроль, который нужно учитывать при планировании закупок материалов и расчётов с субподрядчиками.

Ещё одна сфера касается учёта материалов и техники. Датчики на складе и на технике передают данные в систему, и на их основе формируются акты расхода или заявки на поставку. Здесь правовые вопросы связаны с достоверностью данных и с тем, кто отвечает за неисправность датчика.

Расчёты в цифровой форме: что разрешено, а что нет

Автоматическое исполнение денежных обязательств возможно в обычных рублях через банковские счета. Банк выступает исполнителем распоряжения, которое формируется программой. Для этого нужен договор с банком, допускающий такие распоряжения, и согласованный порядок подтверждения условий.

Цифровой рубль, который вводится Банком России, рассматривается как форма национальной валюты, удобная для программируемых платежей. Его использование между компаниями возможно в рамках, установленных законом и правилами платформы. Строительной компании, которая рассматривает этот инструмент, стоит учитывать, что правила его использования продолжают формироваться.

Закон о цифровых финансовых активах и цифровой валюте прямо запрещает российским юридическим лицам принимать цифровую валюту в качестве встречного предоставления за товары, работы и услуги. Следовательно, оплатить строительные работы криптовалютой по договору между российскими компаниями нельзя. Такой договор в части оплаты будет противоречить закону, а сама операция может повлечь последствия по налоговому и валютному законодательству.

Цифровые финансовые активы, выпущенные по правилам закона, могут использоваться в расчётах в установленных пределах, но для подряда это экзотический сценарий. Для большинства строительных проектов реальный инструмент автоматизации остаётся связкой: договор с условием об автоматическом исполнении, система учёта этапов и банк, исполняющий распоряжения.

Если одна из сторон договора иностранная компания, автоматические платежи остаются валютными операциями. Банк проверяет их по правилам валютного контроля, может запросить документы и приостановить перевод. Программа, которая не учитывает этот этап, будет показывать платёж исполненным, хотя деньги до получателя не дошли. Сроки в таком договоре стоит считать с момента зачисления средств, а не с момента формирования распоряжения.

Риски автоматического исполнения для подрядчика и заказчика

Первый риск связан с ошибкой в данных. Программа исполняет обязательство на основании внешних сведений: отметки строительного контроля, показаний датчика, подтверждения в системе. Такой источник данных называют «оракулом». Если он передал неверные сведения, программа выплатит деньги за невыполненный этап или удержит неустойку за несуществующую просрочку.

Второй риск состоит в необратимости. Автоматическое удержание произошло, и вернуть деньги можно только через требование к контрагенту или через суд. Подрядчик, у которого программа удержала неустойку, не может рассчитывать, что заказчик сам признает ошибку. Ему придётся предъявлять требование о взыскании неосновательно удержанной суммы.

Третий риск касается императивных норм. Гражданский кодекс позволяет суду уменьшить неустойку, когда её размер явно не соответствует последствиям нарушения. Автоматическое удержание полной суммы не лишает подрядчика права требовать её снижения. Суд вправе применить статью 333 ГК и к уже удержанной неустойке, взыскав разницу с заказчика. Аналогично, заказчик, получивший автоматически оплаченный результат с недостатками, сохраняет все права на требования о качестве.

Четвёртый риск касается банкротства. Если контрагент признан банкротом, автоматические платежи в его пользу или списания с его счёта могут быть оспорены как сделки с предпочтением. Автоматизация не защищает от правил о банкротстве, и платёж, совершённый программой, оценивается так же, как совершённый бухгалтером.

Пятый риск связан с безопасностью. Доступ к системе, которая формирует платёжные распоряжения, становится целью для мошенников. Подмена реквизитов получателя или ложное подтверждение этапа приводят к переводу денег постороннему лицу. Договор должен распределять ответственность за такие инциденты: кто отвечает за защиту учётных записей, кто несёт потери при взломе, в какой срок сторона уведомляет другую о подозрительной операции.

Как разрешаются споры по автоматически исполненным обязательствам

Спор о неправильном автоматическом исполнении строится как обычный спор из договора. Сторона, которая считает, что ей недоплатили или излишне удержали, направляет претензию, а затем подаёт иск в арбитражный суд. Предметом иска может быть взыскание задолженности, возврат неосновательного обогащения по статье 1102 ГК, взыскание убытков.

Главное доказательство в таком споре составляет журнал исполнения. Он показывает, какие данные получила программа, когда и от кого, какое действие совершила. Если журнал хранится на стороне контрагента, его истребование становится задачей процесса. Поэтому договор должен предусматривать право каждой стороны получать выгрузку журнала по запросу.

Если стороны спорят о том, правильно ли работала программа, суд назначает экспертизу. Вопросы формулируются через сравнение договора и кода. Соответствует ли алгоритм описанию в приложении к договору. Какие данные поступили в программу на дату исполнения. Мог ли сбой привести к результату, который оспаривается. Эксперт должен иметь компетенцию в программировании, а не только в строительстве, и иногда нужна комплексная экспертиза.

Отдельный вопрос касается ответственности разработчика программы. Если ошибка в коде привела к убыткам, сторона, заказавшая разработку, может предъявить требование к разработчику по договору на создание программы. Но перед контрагентом по подряду она отвечает сама, и ссылка на ошибку разработчика не освобождает её от исполнения договора.

Многие такие споры удаётся урегулировать без суда. Журнал исполнения обычно позволяет быстро увидеть ошибку, и стороны договариваются о корректирующем платеже или зачёте. Мировое соглашение в этом случае фиксирует сумму, порядок её возврата и изменение алгоритма, чтобы ошибка не повторилась на следующих этапах. Если расхождение спорное, переговоры строятся вокруг технического заключения, которое стороны заказывают совместно.

Перспективы и что включить в договор уже сейчас

Автоматическое исполнение в строительстве будет расширяться вместе с электронным документооборотом, цифровыми актами и информационными моделями. Когда подтверждение этапа формируется в среде общих данных по модели, а акт подписывается электронно, до автоматической оплаты остаётся один шаг. Правовая база для этого уже есть, вопрос в договорной культуре и технических решениях.

Строительной компании, которая хочет использовать такие механизмы, стоит закрепить в договоре несколько условий:

• перечень обязательств, которые исполняются автоматически, и событий, запускающих исполнение;
• источник данных и лицо, ответственное за их достоверность;
• приоритет текста договора над кодом и порядок исправления ошибок;
• право стороны приостановить автоматическое исполнение при споре о данных;
• порядок доступа к журналу исполнения и его хранения;
• сохранение права на снижение неустойки и на предъявление требований о качестве.

Подрядчику полезно также оговорить, что автоматическое удержание неустойки не считается признанием просрочки. Заказчику полезно оговорить, что автоматическая оплата не означает приёмки результата без недостатков. Эти оговорки снимают основную часть будущих споров о том, что подразумевала автоматика.

Для оценки договора с элементами автоматического исполнения адвокату нужны текст договора, описание алгоритма, договор с банком или платформой, журнал исполнения при споре и переписка о спорных операциях. По этим материалам видно, где программа вышла за рамки согласованных условий и какие требования можно предъявить.

Основной канал связи с адвокатом — электронная почта advokat.strojka@gmail.com.